обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






Наталия Серая Для людей, работавших на телевидении и радио в советские годы, имя Григория Александровича Шевелева является знаковым. В течение многих лет он был одним из руководителей советского телевидения, курировавшего информационное вещание. В восьмидесятые годы Григорий Шевелев - главный редактор легендарной «Программы «Время». А в девяностые при его участии создавалась Академия Российского телевидения (ТЭФИ), членом которой он является.

- Григорий Александрович, что вы считаете своим самым большим достижением во время работы на ТВ? - Самый интересный период моей жизни на телевидении – это работа в «Программе «Время». В те годы мне удалось многое сделать для телевидения и на телевидении. Это и совершенствование технологии создания информационных программ телевидения, и кардинальные изменения в содержании самой информационной программы, и создание принципиально новых видов вещания, и разработка и запуск в эфир актуальных для того времени политических документальных проектов. При мне появился формат утреннего информационно-развлекательного вещания и ночная программа «До и после полуночи», при мне информационное вещание освобождалось от оков политической цензуры, при мне информационное телевидение начинало по новому освещать сложные переходные явления в жизни страны. В связи с вашим вопросом не могу не упомянуть и свою работу в качестве одного из руководителей телевидения. Занимаясь вопросами формирования вещания, программной политикой «Первого канала», мы с коллегами из Дирекции программ практически впервые на телевидении, формируя сетку вещания, стали учитывать интересы отдельных социально-демографических групп аудитории.

- А каким образом вы попали на телевидение? - Я работал на радио, на «Маяке». И когда руководство телевидения решило сделать телевизионную «Программу «Время» главной информационной программой страны, Главная редакция информации Всесоюзного радио, куда входил и «Маяк», должна была дать для информационного телевидения свои лучшие, опытнейшие кадры. Руководить «Программой «Время» из «Маяка» ушел его главный редактор Юрий Александрович Летунов. Вместе с ним перекочевали в «Останкино» многие журналисты и редакторы. В силу молодости выбирать не приходилось, и я начал свой путь на телевидении редактором в отделе сельского хозяйства этой редакции.

- На ваш взгляд, какой этап в создании телевизионной программы самый интересный, захватывающий? - Все этапы интересны. Сбор материала – интересный процесс, обработка его – тоже интересно, написание сценария – трудно, но интересно. Сами съёмки – тоже ведь очень интересно! А работа в монтажной, а запись звука! Потом ведь нужно написать текст под смонтированный материал, как говорят - «под картинку»! Очень сложно, но очень интересно. Одно дело, литературный сценарий, с которым работает режиссёр, а другое дело, когда ты уже занимаешься написанием закадрового текста. Нужно так его написать, чтобы уложить в те временные отрезки, которое отводит режиссёр. При этом текст не должен повторять изображение. А попробуй её не повторить, если тебе кажется, что он необходим для общей логики повествования.

- А самый опасный этап? - Среди наших коллег чаще в опасности находятся операторы и, если это большой фильм или передача, работающие с ними режиссёры. Помню, режиссёр Михаил Литовчин с телеоператором уехали в Алтайский край снимать уборку урожая. В кадре должна быть такая картина: хлебоуборочные комбайны уступом, один за другим, идут по жёлтому хлебному полю. Над ними вертолёт, на котором летят режиссёр и оператор, который снимает это очень красивое зрелище. Выполняя просьбу оператора, вертолёт опустился слишком низко над землёй, заложил вираж, машина потеряла управление и рухнула на землю! Погиб один из лётчиков, командир вертолёта и телеоператор получили тяжелую травму, а у Литовчина был сложнейший перелом ноги.

- Помните трагический случай, который произошёл с журналисткой на ВДНХ во время выставки животноводства? - Это была Нина Кондратова – первый диктор советского телевидения. Она в прямом эфире - видеозаписи тогда ещё не было - брала интервью у животновода и стояла рядом с загоном быка. Этому животному что-то не понравилось, бык налетел на Нину и распорол ей глаз. Нина Кондратова, очень милая, красивая женщина, любимая зрителями, потом продолжала работать на телевидении, но операторы старались не показывать её лицо так, чтобы был виден искусственный глаз.

- Вы не могли бы рассказать о том, как телевидение освещало чернобыльскую катастрофу? Вы же именно тогда были главным редактором «Программы «Время». - За несколько дней до первомайского праздника редакторы, которые работали с информационными агентствами западных стран, сообщают, что что-то у нас на Украине неладно. Передают о том, что вроде бы взорвали то ли атомную бомбу, то ли взорвалась станция какая-то атомная, то ли ещё что-то, пока непонятно, какие-то облака движутся в сторону Скандинавии и так далее. Пытаюсь узнать что-то у руководства Гостелерадио. Но там также ничего не говорят, рекомендуют следить за сообщениями ТАСС и, если они последуют, давать в эфир. Как раз в ту пору моя дочь готовилась выйти замуж. А её будущий муж – из Украины. И на выходные, сразу же после праздничной трансляции, ничего не подозревая, мы уехали знакомиться с родителями будущего зятя. Третьего мая возвращаемся через Киев. Нас встречает зампред Гостелерадио Украины и мой давний товарищ Григорий Тараненко и говорит: «У нас тут творится невообразимое. Всё партийное начальство отправляет свои семьи из города». «А в чём дело?» «А ты разве не знаешь?» «Не знаю», - говорит главный редактор «Программы «Время»! «У нас в Припяти рванул блок атомной станции, выброс атомный был. На Киев тоже пошло облако». А мы в этот день утром уже гуляли с дочерью по городу, ничего не подозревая. Вечером сели на поезд, наутро были в Москве. А у нас нет никаких официальных сообщений. Дать же информацию из своих источников самостоятельно телевидение не имело права. Правда, короткие сообщения из ТАСС поступали и чуть раньше, но из них ничего невозможно было понять. Только спустя несколько дней нам передали первую фотографию разрушенного блока, сделанную с вертолёта. Тогда уже стало можно готовить и собственную информацию. В Киев мы отправили Александра Крутова. Он звонит и говорит: «Я не могу отсюда выехать, стоят кордоны». Я говорю: «Рассказывай, что видишь из окна». «Вижу, что стоят автобусы, сажают детей, вывозят их из Киева. Партийное руководство Киев уже покинуло». Я говорю: «Пробирайся в Припять! Ты – журналист, это твоя обязанность, пробирайся». И он пробрался! Александр присутствовал на заседании штаба и давал первые материалы из Припяти.

- Закрытие какой программы, в которой работали вы или ваши коллеги, вы восприняли особенно болезненно? - Закрытие программы «Взгляд»! Будучи заместителем председателя Гостелерадио СССР, называвшимся, впрочем, тогда Государственной телерадиокомпанией «Останкино», к программе «Взгляд» я имел некоторое отношение. По распределению обязанностей между зампредами я, как тогда говорили, курировал в том числе и Главную редакцию молодёжных программ телевидения, где под руководством Лысенко и создавалась программа «Взгляд». Очевидно, что для своего времени программа была очень смелой. Непривычна была раскованность ведущих в кадре, непричёсанность сюжетов, неординарным был интерьер студии.

- Понятно, что изменилось само телевидение, а изменилась ли телеаудитория? Или телевидение меняет аудиторию? - Это взаимный процесс. И телевидение влияет на аудиторию, и аудитория меняет телевидение. В сфере политики, например, воздействие информационных программ на массовую аудиторию трудно переоценить. Примеров тому не счесть: предвыборные кампании, формирование имиджа тех или иных политических фигур, создание общественного мнения вокруг определенных властных решений. В сфере культурной жизни сегодня это насаждение поп-культуры. Но и не только. Замечено, что если телевидение начинает показывать какой-то фильм по классическому литературному произведению, то книжки этого автора не залёживаются на полках магазинов. Или фигурное катание, которое когда-то в Советском Союзе было очень популярное, а потом вышло из моды. Телевидение начинает создавать шоу на основе фигурного катания, создаёт сериал о фигуристах, и сегодня оно крайне популярно. Все школы по фигурному катанию забиты будущими «фигуристами». Это лишь некоторые примеры того, как телевидение влияет на аудиторию. Меняется ли аудитория в целом? Думаю, что вряд ли. Вообще, общественная психология – вещь консервативная, и вкусы консервативные. Другое дело, что в советское время телевидение не давало многое из того, что даёт сегодня.

- Сильно ли современное телевидение отличается от советского? - Очень сильно. Оно отличается, я бы сказал, по двум позициям. Современное телевидение стало ярче, наряднее, праздничнее, и не то чтобы интереснее, а более броским. Но, к сожалению, потеряло тот интеллектуальный уровень, который был в советском телевидении. Я не хочу сказать, что интеллектуальные, качественные программы вообще ушли из современного телевидения. Это было бы несправедливо с моей стороны. Я не отношусь к безоглядным критикам современного телевидения. Нельзя забывать созданные при содействии телевидения в последние годы фильмы и сериалы по произведениям Достоевского, Солженицына, других, в том числе и современных авторов. В последние годы много хорошей документалистики на телеэкране. Появилось детское вещание, что тоже очень важно. Но всё же, это не основное содержание современного телевидения. Основное его содержание, если говорить о наших больших каналах, это всё-таки развлечения, шоу. Это не хорошо и не плохо. Если программы этих жанров сделаны профессионально, если в них не опускаются до пошлости, скабрезности, то это, наверное, хорошо. Если нет – то, наверное, плохо.

- А какой болезнью страдает современное телевидение? - Оно низко интеллектуально.

- Почему? Виноваты ведущие, редакторы, менеджеры? - Я думаю, что проблема в тех условиях, в которых находится телевидение. Одна из основных задач любого телеканала - любыми способами добывать деньги. Это касается даже государственного телевидения. Полагаю, что, возможно, с приходом цифрового вещания, появлением значительного количества телеканалов, ориентированных на различные социально-демографические группы аудитории, на различные интересы людей, положение изменится.

- На ваш взгляд, какое телевидение для нынешней России более приемлемо: государственное, общественное или коммерческое? - Думаю, что сегодня однозначного ответа на этот вопрос нет. Одни полагают, что общественное телевидение в России не выживет, нужно государственное. Возможно, эта точка зрения имеет право на существование, потому что не решён вопрос с источниками финансирования для общественного телевидения. Другие, ссылаясь на некоторый зарубежный опыт, ратуют за независимость одного из каналов от государства и зависимость его от всей зрительской аудитории. Однако пока вектор развития нашего телевидения, как мне представляется, направлен в сторону сохранения государственного участия в той или иной мере в общефедеральных и государственных региональных телеканалах, и интенсивного развития так называемого платного нишевого телевидения, в том числе и в Интернете.

- С каким даром нужно родиться, чтобы стать тележурналистом? И есть ли такой дар? - Я думаю, что нет такого дара, который бы обеспечивал безусловный успех в профессии. Может быть дар – это внешность? Может быть дар – это острый ум, умение думать, анализировать, или неординарно, образно видеть? Всё это, очевидно, может дать природа. Но без того, чтобы ты сам не развивал ниспосланное тебе природой, вряд ли что получится. И потому мы говорим об образовании, об усердии, о трудолюбии.

- Григорий Александрович, какое слово могло бы определить сущность телевизионной работы? - Самоотдача.



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001